Главная страница
Об Институте
Сергей Ковалев
Проекты
Просвещение и образование
Издания
Дискуссии
Нормативные акты
Ресурсы













Rambler's Top100 Service Rambler's Top100


Aport Ranker

Об Институте

Об Институте

Александр Подрабинек:

Для общественной защиты нужна ясная уверенность в невиновности арестованного. У меня лично такой уверенности нет. Лимонов, как личность и как общественный деятель, вполне ассоциируется с тем преступлением, в котором его обвиняют.

Эдуарда Лимонова следовало бы защищать, если бы он был узником совести. Почему-то все защитники Лимонова a priori исходят из того, что писателя посадили за его литературную деятельность, а не за оружие. Никаких аргументов в пользу этого предположения не приводится. Да и за какие произведения сажать Лимонова? Кому он нужен как "неудобный писатель"? Чем и как он навредил власти? Его политическая деятельность вполне в русле имперской и шовинистической политики сегодняшней России.
Пафос защиты сводится к тому, что посадили именно писателя. Писателей вроде бы сажать не полагается. Но ведь писатель, помимо писательства, может быть кем угодно. Лимонову инкриминируется организация нелегальной закупки оружия и, может быть, создание незаконных вооруженных формирований.
Доводы обвинения никто фактически не оспаривает. Конечно, ФСБ легко может фальсифицировать доказательства, это у них отработано. Но почему бы тогда не пояснить публике, в чем именно ФСБ фальсифицировало дело? Предметно, по эпизодам, с ясными доводами, а не пропагандистскими клише?
Обвинения, предъявленные Лимонову, представляются мне вполне реальными. Идеология национал-большевиков замешана на насилии и нетерпимости. От этой идеологии до приобретения оружия и намерения пустить его в ход даже не один шаг, а пол шага. Все это вполне вероятно. Если бы, например, такое обвинение предъявили иеговистам, я бы первым засомневался в достоверности следственных материалов. Но в случае с Лимоновым (как и с анархо-коммунистами) такое обвинение отнюдь не выглядит абсурдным.
Для общественной защиты нужна ясная уверенность в невиновности арестованного. У меня лично такой уверенности нет. Лимонов, как личность и как общественный деятель, вполне ассоциируется с тем преступлением, в котором его обвиняют. А того факта, что он писатель, недостаточно для безоговорочной защиты, невзирая на то, совершал он уголовно наказуемые деяния или нет. Во всяком случае, при честном отношении к делу.
Можно было бы поставить вопрос по другому: справедлива ли статья УК, запрещающая владеть оружием? Но тогда кампанию защиты Лимонова надо вести совсем в другом ключе. И будь я законодателем, я бы не допустил приобретения стрелкового оружия, тем более автоматического, экстремистскими организациями наподобие национал-большевистской.