Главная страница
Об Институте
Сергей Ковалев
Проекты
Просвещение и образование
Издания
Дискуссии
Нормативные акты
Ресурсы













Rambler's Top100 Service Rambler's Top100


Aport Ranker

Об Институте

Об Институте

Лариса Богораз:

Считает ли г-н Дюпюи, что "международное признание" и только оно в состоянии предотвратить убийства и пленения людей, совершаемые обеими воюющими сторонами, предотвратить гуманитарную катастрофу на Северном Кавказе?

Нет, ни в коем случае к голодовке г. Дюпюи я не присоединяюсь и не присоединилась бы. И вот почему:
1. Я не считаю себя вправе предъявлять требования представителям других государств в Европарламенте, они не уполномочены мною представлять там мою позицию или мои требования. А что, если граждане их стран имеют позицию, противоположную моей? Я могла бы пытаться воздействовать на граждан других государств, пытаясь убедить их в справедливости моей позиции.
Но - 2. Я не думаю, что в этом случае голодовка (на мой взгляд -самый крайний способ обратить внимание на обсуждаемую проблему. А что делать, если этот способ не подействует или если возникнет другая не менее животрепешущая проблема -тогда остается только самосожжение - и к такой форме протеста я должна буду призывать своих единомышленников. Насколько я знаю, г. Дюпюи, как и любого из его коллег никто не лишал права иметь свое мнение и публично выражать его - так почему же не воспользоваться этим важнейшим правом? Г.Дюпюи и сам понимает это, не случайно же в своем заявлении он неоднократно повторяет " можно было бы..." Но перечисленные г.Дюпюи другие варианты форм выражения протеста он сам же и отвергает, - одни потому, что попытки воспользоваться ими остались безрезультатными, другие = он предвидит, если и были бы результативными, но чересчур медленными, третьи представляются г.Дюпюи мало впечатляющими, т.е. он не надеется что с их помощью удастся произвести на Европарламент достаточно сильное впечатление, чтобы заставить Парламент выполнить заявленные г.Дюпюи требования. Одну из возможностей воздействия, мне кажется, он позабыл или не захотел упомянуть: я не уверена, что Устав парламента допускает такую возможность, как заявление о своей отставке с изложением всех тех мотивов, которые он перечисляет а своем заявлении о голодовке.
Я понимаю и в большинстве случаев разделяю возмущение г. Дюпюи пассивностью и медлительностью Европейского парламента, которые вынудили его пойти на столь крайние меры протеста, как голодовка. Но все же считаю необходимым одно из требований г Дюпюи, с которым я не то, чтобы была вообще не согласна, но которое вызывает у меня некоторые сомнения. Г.Дюпюи заявляет: "Наш парламент должен немедленно призвать государства-члены инициировать процедуру международного признания Чечни." Я не знаю есть ли такая процедура, насколько она разработана, не входит ли она в противоречие с какими-либо международными законами и соглашениями. Например, как такая процедура преодолевает принцип, заявленный Хельсинкскими соглашениями - о неделимости государств. Г.Дюпюи ничего об этом не говорит в своем заявлении. Если такая процедура не разработана ЕС, то, мне кажется, прежде чем требовать "международного признания Чечни", члену Европейского парламента было бы естественно в первую очередь потребовать от Парламента срочной разработки четкой, однозначной, непротиворечивой разработки такой процедуры. Иначе - непонятно, что г. Дюпюи имеет в виду, "международное признание"? Называть Чечню - "государство, республика Чечня, Ичкерия"? Или же Европарламент должен отдать всем картографическим изданиям распоряжение - именно так обозначать это образование? Я понимаю, что хотя наименование - это всего лишь слово ("Хоть горшком назови, только в печку не ставь"), но для самолюбия граждан этого государства или субъекта федерации и слово имеет немалое значение - достаточно вспомнить, как украинцы ломают копья всего лишь из-за употребления предлога "на Украине" или "в Украине" как они готовы даже свою ридну мову из-за этого изнасиловать.
И все же что имеет в виду господин Дюпюи, говоря о международном признании? О каких правах или обязанностях Чечни-Ичкерии - по отношению к международному сообществу (опять же к какому именно?) говорит он при этом? Считает ли он, что "международное признание" и только оно в состоянии предотвратить убийства и пленения людей, совершаемые обеими воюющими сторонами, предотвратить гуманитарную катастрофу на Северном Кавказе? А может быть, для достижения этих целей было бы эффективнее потребовать от Европарламента, чтобы это международное сообщество (ЕС) призвало Совет Европы отказаться признавать Россию своим полноправным членом впредь до выполнения этим государством (как его ни назови) своих международных обязательств, во всяком случае, впредь до прекращения военных действий в Чечне, освобождения всех "военнопленных" и до удовлетворительного разрешения проблемы беженцев.
Вот если бы г. Дюпюи мог ответить на поставленные здесь вопросы, я, возможно, подумала бы, готова ли я поддержать тем или иным способом его требования.